?

Log in

No account? Create an account
За несколько часов до войны-2. - Книга бревна [entries|archive|friends|userinfo]
Книга бревна

[ картинки | галерея ]

За несколько часов до войны-2. [Jun. 27th, 2005|11:16 pm]
Книга бревна
[Tags|, ]

Начало

Второй документ этого дня более известен, он мелькает чуть не в каждой книжке, где рассказывается как начиналась война. Вот он:

Военным советам ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО.
Копия: Народному комиссару Военно-Морского Флота.

1. В течение 22-23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Нападение может начаться с провокационных действий.

2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения. Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

3. Приказываю:
а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе;
б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать;
в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно;
г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;
д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.

Тимошенко. Жуков.
21.6.41г.
В книжках этот документ обычно называют “директива №1”, хотя на самом деле никакого номера на нем не проставлено. Несмотря на всю известность, обстоятельства появления директивы довольно туманны. Обычно, история и мотивы её появления излагается со слов Жукова. Казалось бы всё вполне естественно - именно рукой Жукова документ написан и кому, как не ему об этом рассказывать. Однако есть тут некоторые нестыковки и противоречия.

Рассмотрим сначала каноническую версию событий. По рассказу Жукова, инициатива в создании этой директивы исxодила именно от него. Вечером 21-го июня в Генштаб позвонил генерал-лейтенант Пуркаев, Максим Алексеевич, начальник штаба Киевского Особого Военного Округа и сообщил, что немецкий фельдфебель-перебежчик предупреждает о завтрашнем нападении немцев. Якобы, узнав об этой новости от Жукова Сталин и пригласил его с Тимошенко в Кремль. Жуков прибыл в Кремль с проектом директивы на приведение войск приграничных округов в полную боевую готовность и в сопровождении своего первого заместителя, начальника оперативного управления Генштаба, генерал-лейтенента Ватутина, Николая Фёдоровича. Сталину жуковский проект директивы не понравился - “такую директиву сейчас давать преждевременно” - и Жуков с Ватутиным отправились в смежную комнату всё переделывать. Новый вариант Сталин одобрил и ...
...с этой директивой Н.Ф.Ватутин немедленно выехал в Генеральный штаб, чтобы тотчас же передать ее в округа. Передача в округа была закончена в 00.30 минут 22 июня 1941 года. Копия директивы была передана наркому Военно-Морского Флота.
Что же тут режет глаз?

Во-первых,полное отсутствие упоминания содержания другого документа дня - проекта решения Политбюро, о котором здесь уже шла речь. Жуков обязательно должен был принимать участие в его обсуждении - но ни слова.

Во-вторых,сомнительна история со звонком Пуркаева - сомнительно вообще, чтобы машина принятия решнеий была запущена на основании показаний одного перебежчика в пересказе “глухим телефоном” через Пуркаева и Жукова, но есть и еще обстоятельства:

20-22 июня штаб Юго-Западного фронта, выведенный из управления Киевского Особого Военного округа перемещался из Киева в Тарнополь. По словам Баграмяна, на новом командном пункте связь с Москвой работала хорошо, а вот связь с армиями начала устанавливатся только с утра 22-го июня, по приезду в Тарнополь последней группы штаба, что делает довольно маловероятным получение Пуркаевым информации о перебежчике 21 июня.

Любопытно также то, что о фельдфебеле-перебежчике, сообщившем те же сведения, пишет в своем мемуаре “Поднятые по тревоге” Федюнинский, Иван Иванович, командовавший тогда, в звании полковника, передовым 15-м корпусом приграничной 5-й армии Киевского округа. Только федюнинский фельдфебель перебежал вечером 18-го. Очень маловероятноно, чтобы немецкие фельдфебели бегали через грaницу стайками. Вернее всё же речь идет об одном и том же эпизоде, и дело происxодило вечером 18 июня.

В-третьих,упоминание Ватутина. Журнал посещений кабнета Сталина никакого Ватутина в этот день не замечает. Даже если предположить, что во время совещaния Ватутин томился на скамеечке в предбаннике кабинета, то выходит странная задержка - Жуков утверждает, что Ватутин немедленно выехал в Генеральных штаб, чтобы поскорее передать директиву в округа. Однако, директива была передана в 00:30, а военные покинули кабинет на два часа раньше. От Кремля до Генштаба несколько минут езды и вероятность попасть в пробку субботним вечером 1941 года в центре Москвы была нулевая.

В-четвертых, народный комиссар Военно-Морсского Флота адмирал Кузнецов, Николай Герасимович рассказывает такую историю:

Около 11 часов вечера зазвонил телефон. Я услышал голос маршала С. К. Тимошенко:

— Есть очень важные сведения. Зайдите ко мне. [...]

Наши наркоматы были расположены по соседству. [...] Через несколько минут мы уже поднимались на второй этаж небольшого особняка, где временно находился кабинет С. К. Тимошенко.

Маршал, шагая по комнате, диктовал. Было все еще жарко. Генерал армии Г.К.Жуков сидел за столом и что-то писал. Перед ним лежало несколько заполненных листов большого блокнота для радиограмм. Видно, Нарком обороны и начальник Генерального штаба работали довольно долго.

Семен Константинович заметил нас, остановился. Коротко, не называя источников, сказал, что считается возможным нападение Германии на нашу страну.

Жуков встал и показал нам телеграмму, которую он заготовил для пограничных округов.
то есть, Кузнецов видел Жукова пишущим эту самую директиву в кабинете Тимошенко.

В-пятых, подписи на документе. Известно всего три "чрезвычайных" директивы "всем фронтам" превого дня войны - №1, №2 и №3. Вторая и третья директивы, выпущенные соответственно утром и вечером 22-го июня, как полагается документам такого ранга, кроме подписей Наркома обороны и Начальника Генштаба, имеют подпись члена Главного Военного Совета (в обоих случаях Маленкова). Первая подписана только Тимошенко и Жуковым, хотя Маленков в кабинете Сталина присутствовал.

Все это свидетельствует в пользу того, что события происxодили несколько не так, как нам рассказывает Жуков, и директива №1 писалась им не в кабинете Сталина, а в кабинете Тимошенко, уже по возвращению из Кремля. Вполне вероятно, что дальше мемуар не врёт - работал он над ней вместе с Ватутиным, тот и отвёз её в Генштаб для передачи в войска.

Кроме Жукова только один человек, из совещавшихся вечером 21 июня в кабинете Сталина оставил (хотя и не опубликовал) мемуар с описанием совещания - маршал Будённый. Вот что он пишет:
И.В. Сталиным в 1941 году 21 июня в 19 часов были вызваны Тимошенко, Жуков (начштаба РККА) и я (замнаркома обороны). И.В. Сталин сообщил нам, что немцы не объявляя нам войны, могут напасть на нас завтра, т.е. 22 июня, и поэтому, что мы должны и можем предпринять сегодня же и до рассвета завтра 22.6.41. Тимошенко и Жуков заявили, что если немцы нападут, то мы их разобьем на границе, а затем на их территории. И.В. Сталин подумал и сказал: “Это несерьезно”.

Обратился ко мне и спросил: “А Вы как думаете”? Я предложил следующее.
Во-первых: немедленно снять всю авиацию с приколов и привести ее в полную боевую готовность всех погранв. воен. округов и МВО, ПриВО и СКВО.
Во-вторых, войска погран. воен. округов выдвинуть на границу и занять ими позиции, приступить немедленно к сооружению полевых фортификаций.
В-третьих, в этих же округах объявить мобилизацию, а также воен. округах.
МВО, ПриВО и СКВО.
В-четвертых, приступить к устройству оборонительной линии от устья реки Припять, Жлобин, Орша, и по р.Зап. Двина, Витебск, Полоцк, Минск и Рига. [...]

И.В. Сталин сказал: “Ваши соображения правильные”
Будёный здесь приписывает себе основные идеи директивы №1 и, думаю, в этом ему особо доверять не стоит. Директива конечно обсуждалась с его участием, но по поводу авторства Семён Михалыч мог и прихвастнуть. Но вот что интересно - что кроме этого он пересказывает относящуюся непосредственно к его ответственности часть проекта решения Политбюро - идею объединения развертываемых на рубеже Двина-Днепр войск внутренних округов, в группу армий под его командованием.

Это, хоть и ненадежное, но свидетельство в пользу того, что оба документа последних часов до войны отражают разные грани одного и того же обсуждения срочных вопросов в кремлевском кабинете. Кадровые назначения были прерогативой Политбюро, и потому оформлены Маленковым проектом решения Инстанции, а документальное оформление военных аспектов обсуждения отдали в Генштаб. В Генштабе только успели оформить и передать в войска неотложную директиву на повышение боевой готовности, как началась война. Документы проводящие через Генштаб такие решения совещения 21-го июня, как создание Южного Фронта и Группы Армий Будённого были окончательно оформлены уже 24-25-го июня.

Анализ и выводы в следующей серии. To be continued...
LinkReply

Comments:
[User Picture]From: ja_va
2005-06-29 07:47 am (UTC)
С этими "провокациями" Сталин, видимо, по себе судил- с Финляндией как раз с провокаций все и начинали;
ему и в голову придти не могло, что Гитлер безо всяких "провокаций" нападет.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: steinkrauz
2005-07-12 11:04 am (UTC)
ет.
Нападение Гитлера на Польшу.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: rodgar
2005-12-16 11:24 am (UTC)
дело не столько в провокациях, сколько в ожидании ультиматума. были сведения у разведки, что немцы нападут не просто так, а сначала чего-нибудь потребуют (думали, что Украину). Как это раньше и было у Гитлера: сначала ультиматум, потом танки.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: a_bugaev
2010-09-01 07:03 pm (UTC)
А где прочесть анализ и выводы?
(Reply) (Thread)